Thinking Globally About Local Water Crises

Related Expertise: Климат и окружающая среда, Социальные проекты и устойчивое развитие

Глобальный подход к локальным водным кризисам

By Torsten KurthAdrien PortafaixSophie Zielcke, and Jan Oltmanns

КОРОТКО О ГЛАВНОМ

Усилиям, направленным на выявление причин и минимизацию последствий кризисов, возникающих из-за дефицита пресной воды, мешают споры между группами, преследующими различные интересы, и отсутствие системного подхода к оценке рисков.

Борьба с течением

Каждый водный кризис порождает проблемы, касающиеся либо количества доступной воды, либо ее качества. «Матрица водных рисков» образует основу для оценки экологических, экономических и социальных рисков, связанных с этими проблемами.

Отслеживание

Вооруженные такой оценкой, экологические группы, компании и государственные чиновники могут заняться выяснением, в чем заключаются наибольшие связанные с водой риски, определением приоритетных мер по их минимизации и координацией соответствующих работ. В частности, бизнес может разрабатывать более совершенные стратегии управления водными рисками, с которыми он сталкивается.

Погружение

Появление более совершенного решения по минимизации водных рисков будет зависеть от международных стандартов оценки водных рисков и раскрытия информации о них, установления надлежащих тарифов на водопользование и стабильного регулирования как предложения водных ресурсов, так и спроса на них.

Пресная вода — основа жизни на нашей планете, базовое право человека, важнейший фактор здорового состояния мировой окружающей среды и жизненно важный элемент деятельности предприятий во множестве самых разных отраслей. Но ресурс этот уязвим и подвержен кризисам. По данным ООН, 4 миллиарда человек — более половины населения планеты — ежегодно страдают от нехватки воды. Биоразнообразие пресноводных видов сократилось более чем на 80% с 1970 года. А в 2018 году предприятия всего мира отчитались о финансовых убытках в размере 38,5 млрд, обусловленных дефицитом или загрязнением водных ресурсов.

Если коротко, то ситуация крайне тяжелая — и будет лишь ухудшаться по мере того, как глобальное потепление меняет гидрологические режимы по всему миру. Хотя выбросы парниковых газов и дефицит водных ресурсов являются взаимосвязанными глобальными проблемами, решать их нужно совершенно разными способами. Наш климат — это единая глобальная система, поэтому для замедления климатических изменений требуются меры мирового масштаба. Каждое отдельное совершаемое нами действие вносит свой вклад в общие усилия по сокращению выбросов парниковых газов.

С водными кризисами дело обстоит иначе в трех важнейших аспектах. Во-первых, водные кризисы носят преимущественно локальный характер. Независимо от масштаба, каждый водный кризис затрагивает людей и предприятия в четких географических границах. Однако как последствия, так и первопричины кризиса могут выходить за эти границы: например, чрезмерно обильные дожди в одной местности могут обернуться засухой где-то еще.

Во-вторых, водные кризисы динамичны. В то время как парниковые газы, будучи единожды выброшенными, могут оставаться в атмосфере на протяжении нескольких поколений, доступность и качество воды может меняться день ото дня. Доступность воды меняется как в зависимости от времени года, так и в долгосрочной перспективе вследствие изменений климата. Спрос также меняется от месяца к месяцу и увеличивается в русле глобальных мегатрендов, таких как растущая численность среднего класса. Ветшающая инфраструктура водоснабжения также ограничивает наши возможности по поддержанию равновесия между динамично меняющимися спросом и предложением.

Наконец, пресная вода — это ресурс общего пользования, в очень высокой степени подверженный «трагедии общих ресурсов». Промышленные предприятия порой злоупотребляют доступом ко всегда сравнительно дешевой, а иногда и бесплатной воде для своих нужд, заботясь только о собственных интересах, противоречащих общему благу всех заинтересованных сторон.

Следовательно, усилия, направленные на минимизацию последствий отдельно взятого водного кризиса, должны быть сосредоточены в основном на локальном уровне, и их необходимо координировать между множеством стейкхолдеров — в противном случае даже самые лучшие намерения могут противоречить одно другому. Действительно, многие подобные усилия уже долгое время сходят на нет из-за коренных разногласий в отношении причин и последствий отдельных локальных водных кризисов, а также отсутствия системного подхода к их пониманию.

В качестве первого шага к выработке такого подхода мы предлагаем разработанную BCG «матрицу водных рисков», которая может послужить основой для выяснения и понимания проблем, являющихся первопричинами водных кризисов, а также их последствий. Мы считаем, что эта матрица может помочь стейкхолдерам — политикам, экологам и лидерам бизнеса — найти путь к практическим решениям и распутать клубок проблем, неизбежно сопутствующий каждому водному кризису, последовательно оценить риски, определить приоритетные меры их минимизации и принять инвестиционные решения в области водопользования.

Матрица водных рисков

В основе каждого водного кризиса лежит множество причин. Цветение водорослей может быть спровоцировано сочетанием потепления и избытка азотосодержащих стоков с сельскохозяйственных угодий, химического загрязнения вследствие безответственного хозяйствования и снижения уровней воды, затопления, вызванного переменами в режиме осадков и исчезновения водно-болотных угодий — природных аккумуляторов воды. Именно такой комплексный, пронизанный множеством взаимосвязей характер причин делает столь сложной выработку последовательного подхода к оценке рисков, связанных с каждым отдельно взятым кризисом. Чтобы уяснить себе существующие риски, сперва необходимо рассортировать причины кризиса на две разновидности.

В основе каждого водного кризиса лежит множество сложных причин, что затрудняет выработку последовательного подхода к оценке рисков.

  • Количество. Слишком мало воды или слишком много, в зависимости от того, когда в ней возникает потребность. Например, количество доступной воды — главный фактор риска, грозящий возникновением водных кризисов на всей территории Африки к югу от Сахары.
  • Качество. Вода может быть загрязнена, переобогащена питательными веществами, она может быть слишком соленой, слишком теплой или иметь иные недостатки. К примеру, в некоторых частях Юго-Восточной Азии наиболее распространенной проблемой является качество воды, чаще всего страдающее от деятельности промышленных предприятий.

Затем мы делим последствия водных кризисов на три категории в зависимости от той роли, которую играет вода, и заинтересованных сторон.

  • Экологические. Пресная вода жизненно важна для практически любой экосистемы. Вода в форме рек и озер — сама по себе экосистема. И когда вода оказывается под угрозой в силу ее нехватки, переизбытка или загрязнения, под удар попадают и эти экосистемы тоже.
  • Социальные. Вода — это право человека. Все мы нуждаемся в доступе и имеем право на доступ к безопасной питьевой воде и cанитарным услугам: данное требование нашло свое отражение в Целях устойчивого развития ООН и является элементом множества споров о правах на водные ресурсы, возникающих по всему миру.
  • Экономические. Вода — один из ключевых видов сырья для хозяйственной деятельности. Чистая вода необходима во множестве отраслей, от сельского хозяйства до производства лекарств. Она также играет глобальную роль в обеспечении бесперебойной работы цепочек снабжения.

На первый взгляд, связь между проблемами и последствиями самая что ни на есть прямая: каждая количественная или качественная проблема в той или иной степени затрагивает функции, выполняемые водой, и интересы вовлеченных сторон. Однако каждый локальный водный кризис по-своему уникален. Оценка рисков и разработка успешного плана их минимизации зависит от полноты понимания локальных факторов, определяющих, какая категория последствий будет наиболее тяжкой и какие проблемы необходимо решать в приоритетном порядке, чтобы устранить самые неотложные последствия.

«Матрица водных рисков» позволяет лучше оценить ситуацию с помощью анализа природы и вероятности каждого из трех типов воздействий в случае водного кризиса. Это, в свою очередь, должно помочь стейкхолдерам в выборе правильных мер.

На рисунке 1 показано, как это работает, на примере анализа рисков для реки Рейн в Германии. Критически важный для транспортной инфраструктуры этой страны, Рейн является и серьезным источником экономического риска, поскольку чрезмерное падение уровня воды может осложнить логистику.

Именно это и произошло летом и осенью 2018 года. Продолжительная засуха во всей Европе привела к тому, что уровень воды в Рейне упал до рекордно низких значений, так что речные перевозки прекратились на долгие недели. Крупные глобальные компании, чьи предприятия располагались в долине Рейна, были вынуждены снизить темпы производства или даже вовсе приостановить работу, оставшись без необходимого сырья. На юге Германии цены на топливо подскочили до уровня, на 8% превышающего цены на севере страны. Те организации, которые понимали риски, связанные с их зависимостью от Рейна как транспортной артерии, смогли разработать резервные планы обеспечения своих потребностей в логистике.

На рисунке 2 показано, как матричный метод можно применить на практике к некоторым крупнейшим водным бассейнам мира. Матрица каждого бассейна оценивает уровень риска, связанный с каждым типом последствий, тем самым позволяя стейкхолдерам оценить относительную тяжесть последствий локального водного кризиса. Благодаря этому они, в свою очередь, могут точнее направлять принимаемые решения и инициативы, необходимые для минимизации выявленных рисков.

Понимание проблем водных ресурсов

Два типа проблем, связанных с водой — ее количества и качества, — могут быть обусловлены множеством причин, зачастую взаимосвязанных.

  • Проблемы количества. Многие водные кризисы возникают потому, что воды оказывается слишком мало или слишком много. Однако «правильный» объем воды — в нужном месте в нужное время — не единственный фактор, влияющий на ее количество. Рост численности населения, и в особенности среднего класса, экономический рост и прочие глобальные мегатренды приводят к увеличению потребности в воде. К примеру, в ЮАР ожидается, что к 2040 году спрос на воду превысит предложение на 40%.
    Ветшающая инфраструктура также будет сказываться на предложении — ежедневно из-за утечек потери питьевой воды в мире достигают около 45 млрд литров, и еще больше теряется, когда кратковременные, но обильные дожди приводят к переполнению водохранилищ, спроектированных исходя из принципиально иных климатических условий. Последствия глобального потепления лишь усугубят нагрузку на мировую водную инфраструктуру.
  • Проблемы качества. Неочищенные сточные воды, стоки с сельхозугодий, промышленное загрязнение — причин плохого качества воды может быть сколько угодно. Миллионы людей страдают от нехватки питьевой воды приемлемого качества; также и многим промышленным потребителям не хватает чистой воды, необходимой для ведения их деятельности. Проблемы качества возникают преимущественно в развивающихся странах: лишь 13% производимых в Индии стоков очищается; 75% озер Китая в той или иной степени загрязнены.

Риски, связанные с количеством доступной воды, негативно влияют и на ее качество. Изменения погодных условий и режима осадков могут навредить экосистемам, снижая общее количество воды и повышая концентрацию загрязняющих веществ по мере ее испарения. Избыток воды тоже может иметь неблагоприятные последствия, например, очистные сооружения могут переполняться во время сильных ливней, или же может усиливаться сельскохозяйственное загрязнение, когда почва и системы водоотведения перестают справляться с азотосодержащими стоками, которые в результате достигают ручьев и рек.

Чтобы смягчить и, возможно, устранить последствия рисков количества и качества воды, необходимо определить, кому и каким образом именно наносится ущерб.

Какие бывают последствия

Последствия каждого отдельно взятого водного кризиса в отдельно взятом регионе являются результатом воздействия различных проблем и их сравнительной значимости («веса»). Последствия разделяются на три категории — экологические, социальные и экономические — в зависимости от того, какую роль играет вода и чьи интересы затрагиваются.

Экологические последствия. Пресноводные экосистемы — основа климата нашей планеты, и значительные изменения в количестве или качестве пресной воды неблагоприятно отражаются не только на самом водном объекте, но и на прилегающих водно-болотных угодьях, лесах и океанах — фактически, на целых регионах.

Одним из ключевых показателей экологических последствий является утрата биоразнообразия в локальных экосистемах. Негативная взаимозависимость количества и качества уже крайне остро отразилась на глобальном биоразнообразии. Как было сказано выше, количество видов животных и растений, живущих в пресной воде и вокруг нее, очень сильно сократилось, и этот процесс будет продолжаться. Сокращение биоразнообразия создает еще одну петлю отрицательной обратной связи, снижая устойчивость водоемов к неблагоприятным внешним воздействиям, их способность к самоочищению и самовосстановлению. Распадающиеся пресноводные экосистемы более не в состоянии выполнять такие жизненно важные функции, как природная очистка стоков, предотвращение наводнений и засухи, регулирование микроклимата.

Когда водные кризисы поражают локальные экосистемы, это потенциально может затронуть буквально каждого жителя планеты. Однако пока что в основном лишь неправительственные организации напоминают обществу и правительствам о необходимости понимать важнейшую взаимосвязь между водой и локальными экосистемами и принимать меры к смягчению последствий кризисов.

Социальные последствия. ООН включила право на чистую воду и санитарию в качестве шестой из целей устойчивого развития (ЦУР), которая сформулирована следующим образом: «К 2030 году обеспечить всеобщий и равноправный доступ к безопасной и недорогой питьевой воде для всех [и] доступ к надлежащим санитарно-гигиеническим средствам».

Безусловно, одной лишь чистой питьевой воды недостаточно, чтобы обеспечить людям здоровую, плодотворную жизнь. Нехватка пресной воды для сельскохозяйственных нужд может обернуться голодом для миллионов. Это, в свою очередь, может привести к политической нестабильности. Нил, к примеру, является основным источником питьевой и ирригационной воды, а также источником энергии для большей части населения десяти стран, расположенных вдоль его течения. Как следствие, инициированный Эфиопией проект строительства «Плотины великого возрождения Эфиопии» спровоцировал конфликт между этими десятью странами, для разрешения которого США потребовалось выступить с посреднической миссией в ответ на призыв о помощи.

В достижении задач, предусмотренных шестой целью из ЦУР, в равной степени заинтересованы правительства, НПО и население. Чтобы добиться мира и процветания для своих народов, правительствам необходимо разрабатывать схемы, позволяющие с помощью политических мер и регулирования свести к минимуму причины возникновения водных кризисов, и проявлять решимость в претворении таких схем в жизнь. НПО следует продолжать свою работу, направленную на популяризацию целей устойчивого развития в сфере экологии, включая сюда и ответственное пользование водными ресурсами. А населению следует единым фронтом требовать соблюдения этих основополагающих прав человека.

Экономические последствия. Вода имеет жизненно важное значение для практически любого вида хозяйственной деятельности — в качестве непосредственного сырья и товара для таких отраслей, как производство продуктов питания и напитков, сельское хозяйство и горнодобывающая промышленность, и в качестве транспортного средства, позволяющего надежно функционировать охватывающим всю планету цепочкам снабжения. Например, в текстильной промышленности для производства одной футболки может потребоваться до 2700 литров воды, большая часть которой расходуется на выращивание хлопка, из которого сделана футболка.

Неудивительно, что Всемирный экономический форум ежегодно на протяжении последних пяти лет включает угрозу водных кризисов в число наиболее серьезных рисков. В настоящее время это четвертый по значимости риск после оружия массового уничтожения, экстремальных погодных явлений и неспособности минимизировать изменения климата. Инструменты, подобные «матрице водных рисков», могут помочь компаниям оценить риски для их бизнеса, связанные с доступностью водных ресурсов, — чтобы лучше понять, насколько они уже затронуты водными проблемами, и учитывать это в своих операционных и инвестиционных стратегиях (см. врезку «Оценка риска водных кризисов с точки зрения бизнеса»).

Если принять такие риски в расчет, постараться понять их и на этой основе управлять ими экологически устойчивым образом, выгоды могут быть огромными. Проведенный BCG анализ показывает корреляцию между грамотным подходом к управлению водными ресурсами и более высокими значениями маржи EBITDA; к примеру, в секторе товаров массового потребления те компании, которые придерживаются передовых практик, отчитывались о марже EBITDA в среднем на 3,1% выше по сравнению с теми, кто меньше задумывался об экологической устойчивости.

Таким образом, именно на стейкхолдерах, коими являются и бизнес, и правительства, лежит ответственность за создание условий, необходимых для ответственного водопользования. От бизнеса требуется сделать вопросы устойчивости водных ресурсов неотъемлемым элементом процесса принятия повседневных решений, однако для этого понадобятся стабильные условия работы и ясная нормативная база, которая позволит организациям планировать долгосрочные инвестиции и развитие бизнеса, одновременно выполняя общественные запросы и сохраняя свою «лицензию на ведение деятельности». Сформировать такую базу — обязанность правительств.

ОЦЕНКА РИСКА ВОДНЫХ КРИЗИСОВ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ БИЗНЕСА

По данным группы CDR, которая обеспечивает инвесторов информацией о том, насколько прозрачна отчетность той или иной корпорации об экологических рисках, последствия водных кризисов для компаний — не только нехватка воды, но и наводнения, и общая напряженность ситуации с водными ресурсами — могут быть тяжкими. Только в 2018 году компании отчитались о 38,5 млрд долл. США убытков, связанных с водой. Всего 6% этих убытков можно было связать с репутационным риском; остальное стало следствием операционных рисков (таких как рост операционных затрат, снижение мощности или сбои производства, последствия для активов компаний и ограничения роста), а также штрафов, пеней и возросших издержек комплаенса. И все же, несмотря на риски и вполне реальные последствия, вода зачастую обходится промышленным предприятиям чрезвычайно дешево, иногда даже бесплатно, что часто приводит к отсутствию внимания со стороны бизнеса к проблемам водопользования.


«Матрица водных рисков» стала важным первым шагом в последовательной оценке рисков для бизнеса, связанных с водой. Затем эти риски можно разделить на более детальные категории по типу (физические, регуляторные или репутационые) и месту воздействия (цепочка снабжения, производство или использование продукции).

Частота, с которой компании ссылаются на эти риски, как и их последствия, в значительной степени различаются; по заявлениям компаний, последствия для цепочек снабжения и использования продукции куда слабее по сравнению с последствиями для их операционной деятельности (см. рисунок «С точки зрения компаний физические и регуляторные риски намного перевешивают репутационный риск»). Вероятной причиной такого представления является отсутствие понимания и анализа менее очевидных последствий напряженной ситуации с водой для их деятельности.

Сегодня ситуация начинает меняться. Дальновидные компании начинают учитывать косвенные риски при принятии решений. Например, оценка последствий нехватки воды для потребителей в странах, где ситуация с водными ресурсами особенно напряженная, подвигла одного из ведущих производителей товаров массового потребления на создание водосберегающих средств для личной гигиены и стирки.

Оценка совокупного уровня связанных с водой рисков, с которыми компании могут столкнуться в том или ином месте, зависит от места, а также типа и масштаба их деятельности в этом месте.

  • Операционный риск зависит от осуществляемых видов деятельности. Он учитывает важность количества и качества воды для непрерывности деятельности и распространяется на цепочку снабжения.
  • Риск конкретного водного бассейна зависит от водосборного бассейна, в котором расположено предприятие, и включает риск нехватки или чрезмерности водных ресурсов, степень загрязненности воды, строгость местной нормативной базы, а также культурную и экологическую значимость данного водосборного бассейна.
  • Масштаб операций — удобная мера объема хозяйственной деятельности, осуществляемой в отдельном регионе.

На рисунке «Совокупный риск для бизнеса, связанный с водой, зависит от рисков конкретного водного бассейна и операционных рисков, а также от масштаба деятельности компании» рассматривается, каким образом гипотетической организации следует оценивать риски применительно к четырем водным бассейнам. Рассмотрим, к примеру, бассейн реки Ганг в Индии. Риск конкретного бассейна в данном случае высокий в силу исключительной загрязненности реки — это обстоятельство уже отмечено в «Матрице водных рисков, — а также культурной значимости реки и нечеткости местной нормативной базы.

Если бы гипотетическая организация производила, к примеру, напитки, операционный риск также был бы высоким, поскольку деятельность такой компании в очень большой степени зависит от наличия чистой воды. Такой анализ помог бы компании принять решение о том, стоит ли ей расширять свою деятельность в данном бассейне (или даже сохранять ли там предприятия), и определить, какие аспекты водного риска требуют дальнейшего анализа и мер по его минимизации.

Если та же гипотетическая компания работает в бассейне Рейна, она, напротив, сталкивается со значительно меньшим риском для бизнеса, в первую очередь потому, что здесь риск конкретного бассейна намного ниже. Сильные засухи и низкие уровни воды остаются редкими в этих местах.

Призыв к действию

Понять проблемы, последствия и риски любого локального водного кризиса — это лишь полдела. Затем стейкхолдерам, вооруженным этим знанием, необходимо совместными и скоординированными усилиями преодолеть сложность и многообразие первопричин и симптомов, которые делают водный кризис столь непохожим на проблему парниковых газов.

Мы считаем, что это — единственный путь к сокращению уровней загрязнения и выбросов, повышению устойчивости к рискам, специфическим для данной местности, и обеспечению надежных источников воды для всех, кого затрагивают такие риски.

Водный саммит 2019 года, проведенный под эгидой Всемирного фонда природы, BCG, Reuters, Ceres и Франкфуртской фондовой биржи, собрал вместе руководителей промышленных предприятий и банков, представителей НПО и государственных чиновников в попытке распутать клубок связанных с водой проблем и прийти к косенсусу в отношении требуемых мер. Выводы, сформулированные по итогам саммита, можно разделить на четыре группы.

Стандарты отчетности о водопользовании. Как уже отмечалось, внимание, уделяемое вопросам экологической устойчивости, способно приносить вполне ощутимый финансовый результат. Причем инвесторы все чаще учитывают при принятии решений, насколько внимательно компании относятся к вопросам устойчивого развития и социальным последствиям своей деятельности. Однако по причине несовместимости стандартов и отсутствия возможности сопоставить различные подходы задача эта остается проблематичной.

Над созданием единых международных стандартов отчетности по рискам, касающимся водных ресурсов и экологической устойчивости, работают сразу несколько организаций. Такие стандарты будут иметь критически важное значение для интеграции вопросов водопользования и экологической устойчивости в повседневные процессы принятия решений организациями и другими стейкхолдерами. До сих пор, однако, бизнес-сообщество не проявляло инициативы в разработке стандартов; оно по большей части просто реагирует на усилия таких групп, как CDP (ранее именовавшаяся Carbon Disclosure Project — проект добровольной отчетности по углеродным выбросам). Возглавив этот процесс, бизнес получил бы уникальную возможность сформировать признаваемый на международном уровне стандарт отчетности по вопросам экологической устойчивости; можно предположить, что такой стандарт по степени авторитетности был бы близок к Международным стандартам финансовой отчетности, признанным большинством стран.

Ценность воды. По большей части цена используемой предприятиями воды не отражает ни ее ценность для самого предприятия, ни последствия такого использования для окружающей среды и запасов питьевой воды в природе. Попросту говоря, вода слишком дешевая, чтобы у большинства предприятий был стимул пользоваться ею ответственно. На самом деле те предприятия, которые подходят к вопросу водопользования с позиций устойчивого развития, отмечают, что из-за дешевизны воды им сложно побуждать своих партнеров по цепочкам снабжения к изменению практики водопользования.

Чтобы полностью вовлечь цепочку снабжения компании в реализацию плана экологической устойчивости, все участники должны лучше представлять себе истинную ценность как свежей, так и сточной воды, и тарифы должны быть скорректированы соответствующим образом. В то же время важно поддерживать правильный баланс между тарифами для предприятий, отражающими истинную ценность ресурса, и справедливыми и доступными тарифами для населения.

Роль государства. Задача определения истинной ценности воды должна быть возложена на политиков и регуляторов, которые должны в партнерстве с прочими стейкхолдерами разработать эффективную нормативно-правовую базу водопользования. Первейшей их задачей будет предоставить данные, необходимые для понимания количественных и качественных проблем, характерных для целых пресноводных бассейнов. Это, в свою очередь, позволит наладить грамотное регулирование водопользования, соответствующее локальным проблемам.

Не только источники воды, но и спрос на нее должны стать объектами строгого регулирования, направленного на защиту водных ресурсов и допускающего как можно меньше исключений. Правительствам необходимо формировать бюджеты водопотребления для предприятий, ферм и даже для частных лиц исходя из объемов стабильно доступной свежей воды и сточных вод, обеспечивая справедливое распределение воды и ее использование в пределах, обеспечивающих воспроизводство водных ресурсов. Наконец, регуляторам следует стимулировать разработку и применение водосберегающих технологий и применять санкции за расточительность, точно так же, как многие правительства стимулируют развитие и эффективное использование технологий генерации энергии из возобновляемых источников.

Решение проблемы недофинансирования. Для достижения шестой цели устойчивого развития ООН — обеспечения наличия и рационального использования водных ресурсов и санитарии для всех к 2030 году — потребуется объем финансирования, намного превышающий текущие уровни инвестиций в устойчивое водопользование. В мировых масштабах человечество сегодня инвестирует около 330 млрд долл. США в проекты в области водопользования, такие как строительство систем водоснабжения и сооружений очистки сточных вод, однако по оценкам ОЭСР, глобальный объем финансирования, необходимый для достижения поставленной ООН цели, составляет приблизительно 1 трлн долл. США ежегодно на протяжении ближайших десяти лет. Вопрос в том, как закрыть «дыру» почти в 700 млрд долл. США в год.

К сожалению, частные стейкхолдеры, которые, возможно, и были бы готовы вложить средства, зачастую не представляют себе, как сделать это эффективно. Единственный способ привлечь необходимые ресурсы — действовать через государственно-частные партнерства, способные реализовывать приемлемые для финансирующих банков проекты, используя для этого комбинации различных структур финансирования (см. врезку «Текучие активы»). Для этого от инвесторов потребуется больше готовности к сотрудничеству, чем они обычно склонны проявлять. Государственные структуры и НПО также должны быть готовыми вносить свой экспертный вклад в создание проектов, приемлемых для финансирующих банков.

ТЕКУЧИЕ АКТИВЫ

Для решения проблем с водой требуются значительные капиталовложения — в устройство водопровода, очистку стоков или более совершенные системы, например, умные ирригационные системы и умные производственные процессы, снижающие потребность в воде либо улучшающие ее качество. С учетом огромного объема требуемых инвестиций — около 1 трлн долл. США ежегодно, по данным ОЭСР, — правительства никак не смогут закрыть эту «дыру» своими силами. При этом многие такие проекты, особенно реализуемые в развивающихся странах, вряд ли способны обеспечить достаточную доходность для частных инвесторов, так что их приемлемость для финансирующих банков остается под вопросом.

Чтобы справиться с этой проблемой, финансовые учреждения развития (DFI), коммерческие банки и другие финансовые организации изучают возможности комбинированного финансирования. Такие сделки могут принимать различные формы.

Как правило, DFI и правительства стараются повышать приемлемость проектов для финансирующих банков, предоставляя финансовый буфер (в форме концессионного финансирования по ставкам ниже рыночных). Предоставляя финансирование на ранних стадиях реализации проекта (и принимая риск его неудачи), а также принимая на себя первую очередь проектных убытков или предоставляя финансовые гарантии потенциальным инвесторам, они могут привлекать частный капитал к участию в сделках.

Такие сделки, будучи грамотно структурированными, могут стать выигрышными для всех участников, приумножая эффект от участия DFI, улучшая соотношение рисков и выгод по инвестициям коммерческих банков, повышая благосостояние водопользователей и их устойчивость к неблагоприятным обстоятельствам.



Абсолютно все — экологи, правительства, бизнес и население — должны быть вовлечены в процесс обеспечения доступности чистой пресной воды. Крайне важно, чтобы все вовлеченные стороны понимали количественные и качественные проблемы, связанные с любым водным объектом, а также потенциальные экологические, социальные и экономические последствия, которые приносят с собой кризисы в отдельных бассейнах или водосборах. Понимание этого — а именно такой цели служит «Матрица водных рисков»— позволит стейкхолдерам оценивать риски и учитывать их при формировании политики в экологической и социальной сферах, а в бизнесе — инвестиционных стратегий.

Любая работа, направленная на минимизацию рисков и последствий водных кризисов, потребует наличия четких стандартов раскрытия информации о рисках, связанных с водными ресурсами, адекватного определения ценности воды, решительных мер со стороны правительств по регулированию водопользования, а также финансирования, необходимого для обеспечения каждому достаточного количества воды. Все стейкхолдеры должны быть готовы к сотрудничеству и компромиссам ради достижения общей цели. В интересах всех и каждого, чтобы в мире была чистая пресная вода.

protected by reCaptcha

Subscribe to our Social Impact and Sustainability E-Alert.

Глобальный подход к локальным водным кризисам

SUBSCRIBE